Эротические порно рассказы » Анальный секс » День рожденья с продолжением... Часть 46

День рожденья с продолжением... Часть 46

Лиза ворочалась и качалась с боку на бок слившись со своей партнёршей как один, словно тяжёлая нагруженная баржа на ленивых волнах, и входила в неё всё глубже. Женька сразу "отозвалась" на продвижение страпона, лишь только он коснулся её губок. Ягодицы у неё стали твёрдыми как орехи, бёдра напряглись. Она глухо охнула, выгнулась вверх. Лиза обхватила её под попу, и продолжая делать толчки и вдвигать страпон всё глубже, извиваясь, ползла по Женькиному телу; но теперь, засадив страпон более чем наполовину к Женьке в пизду, она одновременно фрикциями двигала его взад-вперёд. Та в исступлении дёргала бёдрами, с вскриками взбрыкивала ноги кверху - такой здоровенной игрушки она в себе ещё никогда не ощущала.

Приподнимаясь на локтях и продвигаясь, одной рукой держась за её ляжку, Лиза вошла в неё полностью. Ощутив каждая своей киской киску другой, девушки начали со шлёпаньем сталкиваться и тереться грудями, крепко, до хруста, обнимаясь, принялись целоваться взасос. Пока Лиза делала лишь лёгкие толчки, даже не двигая, а только шевеля страпоном во влагалище у Женьки. Та извивалась попой, натираясь киской о Лизину киску, делала толчки вверх, словно пыталась налезть ещё глубже на страпон, хоть он и был засунут по самое основание.

Наконец Лиза, охватив её одной рукой под лопатки и крепко прижавшись грудью, а второй - под голову и целуя взасос, принялась делать всё более и более энергичные фрикции, с изгибами и виляньем тазобедренной частью тела, подскоками и резкими вхождениями. Женька подкинула ноги, болтая ими в воздухе словно делала упражнение "велосипед". Заныла, подбрасывая живот. Лиза обхватила её сперва за талию, потом за попу, проникнув указательным пальцем в самый низ между половинками, около зада больших губ. Сильно потискала низ попы в самой середине, там, где встречались половинки, захватив в пястку обе сразу.

Крепко сжимая пухлые как подушки широченные ягодицы подруги, то касаясь пальцем её ануса, то проникая вовнутрь на длину фаланги, Лиза сильными движениями натягивала её на себя. Работала так, как это делал бы реальный мужчина. Страпон ходил, выдвигаясь наполовину, а Лиза, держа Женьку за попу, одновременно отжималась от дивана, и слегка приподнявшись, прямо-таки порхала над нею, вытягивала страпон, и затем мощно засаживала. Извиваясь, тёрлась грудями, вогнав до конца натиралась киской. Какофония звуков из стонов, вскриков, мычания, воя и рычащего рёва не умолкала ни на секунду. Женька то сгибала колени широко разведённых ног, то вскидывала их почти вертикально вверх.

Продолжая держать и поддёргивать Женьку за ягодицу левой рукой, Лиза обняла её за шею. Женька также прижала её к себе в объятиях. С какой-то нечеловеческой, буквально звериной силой девушки обнялись и прижали к себе одна другую. Целовались взасос слюнявыми поцелуями, засасывая к себе в рот едва ли не пол-лица своей партнёрши, целовали в губы, в щёки, в шею. Хрипели и булькали. Женька, наддавая животом, подбрасывала Лизу на себе, делая движения страпона внутри влагалища ещё более быстрыми.

Ещё с самого начала, как только Лиза пристегнула страпон, Вероника начала всё более пристально поглядывать на Олежку похотливо-несытыми взглядами. Видимо происходящее между подругами возбудило её, и надо было сбросить это напряжение. И не успела ещё Лиза залезть на Женьку, как Вероника поскорее бросилась к ней с вопросом, что нельзя ли попользоваться Олежкой. Разумеется та, чтобы не сбиваться с настроения, да к тому ж ей в тот момент всё остальное в мире было нипочём, лишь отмахнулась - "Бери!". Взвизгнув от счастья, Вероника умчалась за страпоном.

Как только за дверью мелькнула её голая попка, Марина просто так, то ли желая повеселиться, то ли таким образом пошутить над Вероникой при её возвращении, подошла к Олежке и запустила ему руку под подол. Стала тискать и щупать бёдра в самом верху, особенно с внутренней стороны, ягодицы, и залезая под трусики, пощипывала их низ в месте смыкания. Другой рукой стала прощупывать набитый тряпками бюстгальтер, делая вид словно принимает эти возвышения за реальные женские груди.

- Какие ножки, какие ляжки, какая жопка, какие сиськи! - затянула она нарочито гнусаво противным голосом, стараясь придать ему крайне похотливый сальный оттенок, кривляюще улыбаясь и делая вид крайнего восхищения от осязаемых ею "аппетитных форм" этих "сисек", и специально участила дыхание, изображая нахлынувшую страсть. - Богиня Фрейя! Не иначе! Её ли я вижу?

Вероника, со страпоном в руках, влетела в самый разгар слияния двух подруг и ломания Марины. Разумеется, то что делала Марина с предоставленной для неё "вещью", ей не понравилось. Но говорить ей об этом она не стала, а отдуваться как всегда, приходилось в таких случаях Олежке.

Девушка торопливо вставила грушевидную вагинальную пробку с обратной стороны страпона к себе в щёлку, затянула и оправила ремешки. Рванула за косичку стоящего на коленях около окна Олежку, врезала ему затрещину.

- Пошли! - нервно приплясывая и поправляя торчащий чуть ниже лобка немного загнутый вверх страпон, приказала она. - Нагнись и встань локтями на сиденье вон того кресла! Ну швыдче, швыдче же! Сонная корова! - рывком за волосы подняв его на ноги, госпожа наподдала Олежке коленом.

Бросая взгляды на сцепившихся в бешеном экстазе Лизу и Женьку, Марина, ухмыляясь, посмотрела на неуклюже топчущегося около кресла Олежку.

- Вон как её разносит! Скачет на жопе почти до потолка! Прияятно - ааххх! Так что вон как тебе повезло! Ты первый среди нас, кому залупили этот страп! Тебе первому довелось принять в себя такую радость!

Лера завизжала, приседая от смеха. Вероника гулко расхохоталась. И только Лиза, не видя и не слыша что происходит вокруг, продолжала энергично нажаривать извивающуюся под ней Женьку, обливаясь потом всаживать в неё балду страпона.

Вероника вновь подтолкнула Олежку коленом. Тот встал напротив кресла и стал поспешно поднимать подол. Хозяйка толчком в спину бросила его на сиденье.

- Было сказано - нагнуться и встать на локти! Всё! Заголять жопу приказа не было! Значит, это сделаю я сама! Уж сколько вбиваем, вбиваем в тебя понимание, даже не знаю, какой плёткой можно вбить тебе понимание простейших приказов! - она тряхнула его за ухо, больно скрутив.

Опираясь на локти, Олежка опустил пониже плечи, выпячивая и поднимая повыше попу. Расставил ноги. Вероника не торопилась. Так же как и Лиза, она осмотрела и падающий вдоль ног невесомыми волнами подол пеньюара, и просвечивающую через него чёрную полоску трусиков вдоль разреза меж ягодиц. Тёмные чулки, сквозь крупную сетку которых светились белые ноги, плотно обтянутые этими чулками, и в особенности почему-то действующие необыкновенно возбуждающе тянущиеся вдоль бёдер резинки, натягивающие вверх чулки... И меж этих колышущихся волнистых складок так явственно были видны выпяченные исхлёстанные ягодицы, в разноцветных разводах, в налитых кровью свежих рубцах, и уже подживающих, выглядящих как пропущенные под кожей толстые верёвки, все вкупе создающие какое-то немыслимое кружево. У Вероники тоскливо защемило внутри. Кому достанется эта прелесть? Навсегда? Лере? Лизе? Кто будет единолично сечь эту попку? Какое-то предчувствие вкупе с раскладом всех деталей ситуации подсказывало, что не ей. Да, скорее даже предчувствие, которое, словно категоричный ответ свыше, говорило ей: "Не тебе! Будет так, и никак иначе. Смотри, и не отворачивайся!". И эта досада вместе со злостью взбурлили в ней, поднимаясь до самого корня языка. В этот момент она готова была накинуться на Олежку, рвать его на куски, придушить. Успокоив себя глубоким вздохом, девушка опять возбудилась, глядя на покорно ожидающего её раба.

Ощутив прилив горячих соков в промежности под страпоном, она провела ладонями Олежке по бокам и всё ниже. Колыхнула свободно висящий подол пеньюара. Взяла его за нижний край, потянула вверх. Забросила ему на голову, провела пальцем поперёк спины около лифчика. Прогладила сверху вниз подушечками пальцев по спине и бокам. Легко просунула большие пальцы под резинку трусов, и спустила их до чулок. Нажала ему на поясницу, заставив несколько согнуть колени и присесть, опуская попу пониже. Потискала за "булочки", с каждым разом сжимая их всё крепче и крепче. Несколько раз сильно шлёпнула вскользь, сначала то одной, то другой рукой, затем обоими ладонями навстречу друг другу сразу по обоим половинкам. Пошире развела Олежке ягодицы, расширила дырочку, несколько проникнув пальцами вглубь. Приставила страпон, и немного войдя им, сверху налегла на Олежку, ему на спину. От неожиданности тот едва не упал плечами на кресло. А девушка провела ему по спине своими тощими и длинными, вислыми как тряпки грудями, то прижимаясь, то давая им отвисать, и тогда она скользила ими, касаясь самой поверхности кожи, одновременно мелким дрожанием поигрывая концом страпона у Олежки в заднем проходе. И вдруг сильно толкнулась бёдрами, выдала вперёд живот. Смазанный страпон пропихнулся одним нажимом, исчез, провалился в глубину прямой кишки.

Схватив, грубо защемив кожу на его боках, Вероника поддёрнула Олежку выше, и сильными рывками принялась делать всё учащающиеся фрикции. Размашисто двигала страпон, наскакивая, шлёпаясь животом о его ягодицы. Рвала ему, впиваясь ногтями, с вывертами, оттянутую на боках кожу так, будто собиралась вырвать из него оттуда по куску. Надёргивала, натягивала пожалуй не слабей, чем Лиза. И вгоняла, вгоняла страпон, с резкими шумными выдохами, наскоками, только что не с разбегу. Её тощая попа дёргалась, крутилась и переваливалась соответственно движениям страпона в заднем проходе у Олежки.

Часто затопотав ногами, даже подпрыгивая, Вероника вдруг опять упала Олежке грудью на спину. На этот раз он не удержался, упал на кресло. От того, что он упёрся лицом в спинку, голова у него завернулась назад. Но Вероника своими коленями налегла ему на подколенные сгибы, и он рухнул на карачки. Девушка рванула Олежку за бёдра взад, и продолжая с натягом засаживать, вцепилась зубами в оголённое плечо около самой шеи. Стала рвать, выворачивая. Далее закусила несколько выше, затем ещё выше, ещё... Укусила за нижнюю челюсть, около сустава, под самой мочкой уха. Олежка не на шутку испугался, как бы она не схватила его зубами за ухо.

Но здесь её как что-то оборвало. Вдруг перестав столь яростно пялить его, Вероника приподнялась, отжимаясь от него руками, упираясь в самый верх попы. Так ей было удобнее смотреть на происходящее на диване, очевидно или для пущего возбуждения, или продления собственного удовольствия. Находясь в этом положении, она начала вдвигать страпон уже медленными плавными фрикциями, с сильным дожимом в конце каждого движения, перенеся значительную часть внимания на Женьку с Лизой. Возможно, ей и самой захотелось ощутить в своей пизде этот громадный страпон? А может рассчитывала выпросить его чтобы и самой попробовать им Олежку? Или просто представляла в мечтах, как стала б им его пялить?

К этому времени Лиза уже кончила. Но Женька продолжала стонать, вскрикивать, дрыгать ногами или обхватывать Лизу коленями, выгибаясь вверх. И та продолжала размашисто "накачивать" свою подругу, крепко держась и натягиваясь за её толстомясые ягодицы. Толстенный страпон чавкал, всаживаясь в Женькино влагалище.

У Вероники прибавилось возбуждение от этого зрелища. Чаще заработав бёдрами, она схватила Олежку за косички, стала с силой потягивать за них. В какой-то момент, то ли специально, а скорее всего уже не сообразуясь с движениями, рванула так, одновременно опираясь коленом ему на бедро, что кресло чуть не опрокинулось набок, а сам Олежка, больно ударившись головой о подлокотник, едва не разбив лицо, полетел на пол. Вероника, вывернув из его попы страпон, упала на колено, задержавшись об пол рукой чтобы не растянуться.

Наскоро нашлёпав Олежку, госпожа рванула его за волосы, волоком оттащила в сторону от кресла, а само кресло отпихнула ногой подальше в сторону.

- На бок! Ноги подтяни! Так! Ещё повыше! Как ложатся под клизму! - и она вдруг легла на него поперёк, прямо на тазобедренный сустав. Её пальцы, покопавшись на середине его попы, нащупали то, что ей было надо, оттянули вверх ягодицу, и направили конец страпона в "глазок". И в следующую секунду Вероника резко выгнулась, подалась вперёд, с силой влупила страпон Олежке в анальное отверстие. И на полу, перекинувшись через него, упираясь локтями ему в грудь и в бёдра, приподнимаясь и подскакивая, стала делать частые очень сильные толчки.

Из-за того что страпон был несколько изогнут, в этом положении он причинял Олежке неприятные ощущения в самой прямой кишке, упираясь своим концом сбоку в стенку кишки. Если б не его эластичность, возможно он мог там что-то и повредить. На своём креплении он имел возможность поворота, но разве думала об этом госпожа, желающая только сполна получить максимум удовольствия!

В это время Женька вдруг кончила. Взбрасываясь вверх своим колышущимся телом словно не ощущая залезшей на неё Лизы, точно та ничего и не весила, она, с криком перебирая ногами, вертя и переваливая по дивану попой, вся затряслась. Вероника от этого зрелища также взвыла, будто ей некими флюидами передались ощущения Женьки. Тряся лобком и бёдрами, она во все стороны задёргала страпон у Олежки в попе. Продолжая хватать и щупать его за ляжки, медленно, вздрагивая, постепенно обмякла. Но, не вынимая страпон, продолжала наблюдать за Женькой каким-то диким взглядом.

Залитая потом Лиза медленно вытянула свой "ствол" из пизды подруги, скатилась с неё, и растянулась рядом на спине. Покрытый слизистыми выделениями, страпон болтался на ней, а она, как забыв о нём, лежала, блаженно полуприкрыв глаза, не делая движений чтоб его снять.

Наконец Женька, сладко жмурясь и улыбаясь какой-то внутренней, уходящей в себя улыбкой, поглаживая сверху вниз по грудям, бокам, животу и ляжкам, медленно спустила ноги. Все внутренние стороны бёдер почти до колен, не говоря о промежности, были залиты выделениями. Волосы на лобке и между ног висели мокрыми слипшимися сосульками, на концах которых собирались крупные капли слизи, готовые вот-вот сорваться. На участке простыни, что находится у неё под попой, расплылось сырое пятно, словно простынь была обоссана.

Придерживая ладони лодочкой у себя между ног чтобы не накапать соками на пол, Женька быстрым шагом вышла. Наверное на биде. Заметив на простые такое свинство, Лиза также соскочила с дивана и торопливо стала снимать страпон. Лера метнулась, одним рывком сорвала простыню, ощупала поверхность дивана. Несколько поморщилась, ощутив просочившуюся сырость.

- Надо было подложить клеёнку, - с ехидцей полуулыбаясь, ядовито бросила Марина, словно от зависти к Женьке. Она, судя по короткому движению и выражению лица, в какой-то момент хотела обратиться к Лизе с просьбой, но тут же и отказалась от этой мысли, во всяком случае прямо сейчас.

Лиза также пошла ополаскиваться, пока положив страпон на свёрнутую брошенную на пол простынь. Вероника, будто вмиг очнувшись, поднялась с Олежки. Спустила до колен страпон, во всю мочь нахлестнула его тоузом.

- Вставай, бляжина! "Данаю" позировать собралась? - рывком за волосы она заставила Олежку встать на колени. Прижалась ещё пульсирующим клитором к его губам. Он почувствовал, как у девушки мелко вибрирует и подёргивается кожа на лобке, словно под ней дрожали туго натянутые тончайшие струны.

Посасывая клитор, он одновременно пробегал по нему языком, шевеля и раздвигая набившие рот волосы. Госпожа дёрнулась, качнула вперёд вмиг напрягшимися бёдрами, которые затем вздрогнули и мелко затряслись как в судороге. И после расслабились. Вероника даже опёрлась обеими ладонями Олежке на макушку и заныла горлом. Эти прикосновения были последней каплей чтобы окончательно кончить и полностью расслабиться.

Держа за косичку и сильно нагнув Олежку, она повела его к биде - прополоснуть лицо и рот, и подмыться самой. По пути им встретились возвращающиеся Лиза с Женькой.

- Тебе может прямо сейчас пикнуть укольчик? Или в течении дня? - задержала Веронику Лиза.

- У тебя сегодня дрожат руки. От возбуждения и множества хотений, - рассмеялась Женька, и обратилась к Веронике. - Давай сделаю тебе укол я. Так будет лучше, - последнюю фразу она шепнула Веронике на ухо, несколько отдалившись вслед за нею от Лизы и делая знаки глазами. Та понимающе наклонила голову.

Когда госпожа втолкнула Олежку коленом обратно в комнату, девки, рассевшись по табуретам и стульям, пили какой-то морс и рассуждали с ещё находящейся на седьмом небе Женькой о её впечатлениях. Марина бросала на Лизу быстрые взгляды, словно и желая, и не решаясь о чём-то попросить. Олежку тотчас же бросили на колени, Вероника сорвала с хвостиков-косичек резинки для волос.

- Снимай с себя все шмотки! И швыдче!

- У-ууй, какой лохматый! Постой, Ника, пусть расчешется, вычешет волосы. А то будут слетать, когда он станет помогать нам на кухне, - дёрнув Олежку за волосы, Лера усадила его на табурет лицом к зеркалу, сунула в руки замызганную расчёску. - Причеши свою гриву!

- Оно ж будет приятнее подтягивать его за волосы. Когда начнём пялить в попку, - усмехнулась Женька.

- "И кос её золото вьётся, и чешет их гребнем она. И песня волшебная льётся, неведомой силы полна..." - вполголоса стала напевать Марина, глядя как расчёсывается Олежка, и под этот напев несколько раз обошла его полукругом. Через пеньюар потискала за ягодицу концами пальцев.

Также посмотрев на него, Вероника с затаённой злостью скривилась, и отвернулась.

- Сам он "гребень". То есть "петушок", иными словами, - с деланной кривой улыбкой фыркнула она.

Лиза также щипнула Женьку за попу.

- Не раздумала ещё получить под хвостик? Или уже насыщена выше возможного?

- Да не, хотелось бы. Ты не устала?

Лера закашлялась, от смеха поперхнувшись морсом.

- Тут главное что? Первое - что наши игрушки постоянно крепкие, не то что те причиндалы, что бесполезно висят у некоторых особей после однократного применения. Второе: вряд ли у многих яйценосцев найдутся такие размеры, особенно и в длину, и в толщину одновременно. Таких рекордсменов на всей Земле - раз-два, и обчёлся. И у нас кто хочет, тот никогда не устаёт! - откашлявшись и отсмеявшись, изрекла она, напоследок поднимая вверх указательный палец.

- Тогда стелим клеёнку, делаем клизму, и - поскакали-понеслись! - Лиза, обнимая Женьку, потёрлась грудью о её плечо.

Марина хлопнула в ладоши.

- Здесь на стене ни одного гвоздя. Кто будет "вешалкой"?

- Да уж понятно кто! - Вероника треснула Олежку сбоку по голове. - Мы вчера на улице ему держали-держали, пусть он тоже поработает!

- Нам нужен кухонный помощник. А здесь придётся долго задержаться, - кислым тоном сказала Лера. - Ведь ты вроде хотела получить две процедуры? - переспросила она Женьку.

- Да не, хватит и одной. Тогда я просто не просчитала время.

- А каким страпиком хочешь? Вот этот подойдёт? - Лиза взяла в руку средний страпон, которым она с таким упоением нажаривала Олежку, буквально держа его на руках. - Или взять потоньше?

- Нормальная штучка. Ни очень толстый, ни слишком тонкий, - кивнула Женька.

- Моя сестра любит иногда пострапониться в попку. Но вот этот для неё слишком толст. Обычно я ей втыкаю другой, на пару сантиметров тоньше, - и Лиза принялась обтирать страпон.

На расстеленный по дивану полиэтилен положили сложенную в несколько раз испачканную вагинальными выделениями простынь. Как обычно, занесли тазик.

- Успеешь добежать? Здесь, как видишь, много поворотов, и до туалета далеко, - напомнила Марина.

- В чём-чём, а на клизмы она очень выносливая. Кажется, мне впервые попалась такая пациентка, - потискав Женьку за обе её "подушки", сказала Лиза. - Даже моя сестра не так хорошо может вытерпеть. Два литра ещё держит кое-как, а свыше двух с половиной - с огромным напряжением, и не всегда выдерживает.

В предвкушении то ли клизмы, то ли того, что за ней последует, Женька легла с довольным видом. Слегка согнулась спиной, подтянула до груди колени и выпятила попу. Расслабилась в ожидании пока Лиза наполнит и принесёт клизму. Девки в это время, похлёбывая морс, подтрунивали над Женькой и новым Олежкиным заданием.

Пока Лиза мазала гелем для страпона наконечник и Женькино анальное отверстие, Олежка опять стоял боясь вздохнуть чтобы не пролить из полнёхонькой клизмы хоть капельку. Лиза, отстранив вверх правую её "подушку", лёгким нажимом, покручивая наконечник, вставила клизму подруге в попу. Женька потянулась плечами - видимо любое проникновение в задницу доставляло ей удовольствие не меньшее, чем во влагалище, или когда она пихала страпон в попу Олежке.

- Поднимай повыше! Стоит, раззявился куда-то в потолок, пентюх! - прикрикнула Женька на Олежку.

Клизма перетекла в живот госпоже достаточно быстро. Та в течении всей процедуры, поглаживая живот, глубоко и шумно дышала. Лиза в свою очередь поворачивала наконечник в разные стороны, двигала им взад-вперёд, видя, что это также доставляет Женьке дополнительное наслаждение.

В клизме раздался ноюще-хлюпающий писк. Выдернув наконечник, Лиза забрала у Олежки пустой резиновый мешок. Женька покрутилась, не спеша спустила ноги с дивана, похлопывая пальцами по несколько округлившемуся пузу.

- Ну ты и бочка! И жрать за двоих, и клизма в тебя войдёт такая, что раздели объём на двоих, еле стерпит каждый! Для других целая, а тебе это как половина! - расхохоталась Марина.

- А разве плохо? Чем больше, тем лучше, а зависть - грех! - хохотнула Женька, и с какой-то даже важностью неторопливо удалилась.

Вероника тут же влепила Олежке крепкого "леща".

- Сколько ещё будем пялиться в пустоту? Там есть что-то похожее на новые ворота? Какого чёрта зенки лупишь? Или забыл, что ещё раньше тебе было приказано всё снимать? Доотвлекаешься у меня! - она ещё раз съездила его по затылку.

Тот, путаясь в складках, стянул с себя пеньюар, затем чулки. Чтобы не давать Веронике почвы для придирок, бюстгальтер и чулочный поясок снял уже стоя на коленях. И пока на его шее застёгивали ошейник, он покорно протянул вперёд руки. Но девчонки сразу сейчас не собирались "обраслетить" его. Марина треснула тапком ему по рукам.

- Ты слышал, что сейчас мы идём на кухню? Где ты должен будешь нам помогать? А значит, твои руки должны быть свободны. Так что зачем нам сейчас на тебя что-то одевать? Чтобы через минуту-две снимать?

- От кого ты хочешь рассуждений, выводов, анализа? Ему доступен лишь один анализ - из анала. И то, только сдать, - буркнула Вероника. - Лиз, одолжи на время свой "инструмент"? - она взяла тоуз, и рванув Олежку за цепочку, щелканула его вдоль бедра и протянула по ягодице. - Поворачивайся! Поживей! Рыбья голова! И то протухшая!

Разумеется, девки не стали ожидать когда вернётся заседающая в туалете Женька. Они лишь не торопясь, перешучиваясь и посмеиваясь, допили морс и собрали пустую посуду. В комнате осталась только Лиза, а Олежку рывками и пинками погнали на кухню. Марина вооружилась ротанговой тростью, и теперь по пути вовсю "тренировалась" на его спине.

Гусиную тушку положили так, чтобы вытекла вся вода. Перед Олежкой кинули две крупные луковицы.

- Это тебе для разминки. Чисти, потом нарежешь кольцами. И чтобы они были ровными, а не так, что начнёшь резать тонко, а с другой стороны - с палец толщиной. Сам знаешь, какое место к ответу призовём если наговнячишь! - строго велела Лера.

- И швыдче! - Вероника шмякнула ему по попе тоузом.

Но не успел он и найти взглядом нож, как на кухню заглянула только вышедшая из туалета Женька.

- Э, вы его уже привлекаете к делу? Меня не спросили, а я не успела сказать. Он мне сейчас потребуется. Там. Так что я его забираю? Это ненадолго.

- Опять будет упущено время. А тут дела непочатый край, ещё и конь не валялся, - сморщившись от досады, чуть ли не сплюнула Лера.

- Скоро верну. А хорошая плётка, и руки у него замелькают как крылышки у колибри. На десятой космической скорости! - и потянув Олежку за цепочку, госпожа повела его обратно.

Лиза возлежала на диване, опираясь на локоть, с уже пристёгнутым страпоном. Лёгкое удивление скользнуло на её лице при виде влекомого за Женькой Олежки. Но сразу поняв, что подруга хочет как-то использовать и его, сделала вид, что так и должно быть.

Женька пихнула Олежку в зад, рывком за волосы заставила прыгнуть вперёд.

- Ты! Значит так. Забирайся на диван, и ложись поперёк, на спину. Голову на самый край. Вот сюда, - цепочка оставила у него на бедре алую вспухшую полосу.

Взвизгнув от жалящей боли, он прямо-таки кувырнулся на диван. Лёг где было указано, затылком на самом краю.

- О как! Птичкой взлетел! В един миг! Это и называется "правило подбодрить"! - со смехом сказала она, вставая вплотную к дивану.

Попеременно сгибая колени, Женька задвигала ягодицами, слегка поворачиваясь в одну-другую сторону. Нагнулась прямо над Олежкиным лицом, опираясь на диван руками по обе стороны его тела, присела на полусогнутых ногах. Олежка сдвинулся, чтоб его голова оказалась между ляжкам госпожи.

- Молодец, хоть тут понятливый, - просипела Женька, подаваясь вперёд, и в следующий момент охнула, вздрогнула и прогнулась. Это Лиза вошла страпоном к ней в анал.

Расставив ноги как можно шире, Женька присела ещё ниже, щёлкой на Олежкин рот. Он упёрся в её середину напряжённым языком, проникая им между губками. Девушка, в такт фрикциям Лизы, стала покачиваться взад-вперёд, сама проводя щёлкой по Олежкиному языку. Ему оставалось только напрягать его, пропихивая немного вглубь, и следить, чтобы язык был всегда в середине щёлки госпожи, если та вихляла по сторонам всей тазобедренной частью - бёдрами, попой, промежностью.

Так, "покатавшись" некоторое время щёлкой по его языку, Женька присела ещё ниже, и язык вошёл в вагину. Губки тесно прижались к Олежкиному рту. И он, двигая и поворачивая языком во влагалище, начал "трепетать" ртом по губкам, подсасывать, насколько это было возможно.

Девушка вскрикнула, прогибая спину, и ещё плотнее прижалась к его рту. Стала приседать, почти всем весом ложась Олежке на лицо, тёрлась о его подбородок клитором. Затем, чуть приподнявшись, ткнула клитором к нему в рот. Поворачивая и двигая лобком, буквально вкрутила туда клитор, и налегая, принялась делать что-то вроде мелких фрикций, пропихиваясь им поглубже. Елозила по Олежкиным губам, почёсываясь областью около точки "G" о его нижние зубы.

Он стал сосать и облизывать клитор. И почти сразу Женька, получающая удовольствие с обоих сторон - и спереди, и сзади - вдруг как-то одномоментно задрожала, затряслась всем телом. Налегла Олежке на лицо, трясясь и ползая по нему и всей щёлкой, и лобком. Временами, судорожно дёргаясь, с короткими икающими вскриками, опускалась на него всем весом, едва не сворачивая ему взад шею. Выделения полились буквально струями, он захлёбывался в них, не успевая отфыркиваться. Впрочем, нос у него был зажат промежностью госпожи. В одно мгновение ставшие мокрыми волосы лезли в ноздри, в глаза, размазывали соки по всему лицу.

Хоть Женька и кончила, но ещё не получившая оргазм Лиза продолжала сильными размашистыми толчками двигать страпоном в её дырочке, натягивая за ляжки. Олежка тоже, но скорее механически, да ещё и не получив приказа прекратить, водил языком по щёлке, проникал между губками, с сильным нажимом вылизывал клитор или "трепетал" по нему губами.

Вздыхая со стонами, Женька начала понемногу остывать. Только подмахивала попой, чтобы Лиза также смогла получить своё наслаждение. Несколько отстранившись, схватила Олежку за волосы и отбросила в сторону его голову.

- Всё, достаточно. Геть с дивана! Отнеси таз, умой рожу, и за дело! - срывающимся от страсти голосом прошипела она.

- Не, я наверное скорее кончу, если засажу ему. Так что, ты! Умывайся, и бегом обратно! И чтоб без задержек, не то выпорю! - выкрикнула тяжело дышащая Лиза. Ей было неудобно страпонить Женьку стоя, может потому, отвлекаясь на эти неудобства, она не могла кончить.

Так же почти кувырком Олежка скатился на ковёр. Извивая попой, Женька полуобернулась.

- Покуда эта колода будет соображать, что следует делать, давай-ка я встану на диване?

Лиза выдернула страпон. Женька смахнула на пол полиэтилен вместе с простынью, и встала раком, выгибая спину и прижимаясь грудью к поверхности. Выпятила свою задницу. Лиза поставила её в наиболее удобное для обоих положение. Раздвигая подруге ягодицы и поглаживая по ним, потёрлась о них грудями. Приставила страпон, и частыми толчками вошла в задний проход.

В это время Олежка подхватил таз, но не зная куда его нести, сунулся в кухню, где его хозяйки о чём-то болтали с пошлыми шутками, плоскими остротами и пересмешками. Сидящая лицом ко входу Лера первая заметила Олежку.

- Ты чего шляешься как курортник на пляже? Встал, и смотрит с тупыми глазами! Будто чего-то ждёт! Смотри-ка, да ещё стоя на ногах?! Как надо ходить в доме госпожей? Ну, сегодня нашим "инструментам" будет работёнки! А ну швыдче за дело! - заорала она, но заметив в его руке таз, несколько сбавила громкость голоса. - Ты чего потерял? Чего мычишь? Долго ждать ответа?

- Мычание - его родной язык. Не может сразу вспомнить по-иностранному. По-человечески, то есть. Где тут палочка - памяти освежалочка? - Вероника взяла трость и направилась к Олежке.

- Я... Го... Гос-ппожа Лера... - он рванулся назад.

- Что - ты? Говори толком!

- Во как сразу вспомнил трудный иностранный язык! - заржала Марина.

- Мн-не... Госпожа Женя... В-в... В-ввее...лела... Унести ку... к-куда-то... Таз... И... И... И умыть лицо... П-ппо-том... госпп... госпп-пожа Лиза пп...риказала... ве... ввее... в-вер-нуться... - задыхаясь от ужаса и еле подбирая и произнося слова, заныл Олежка.

- Я узнаю у Лизы. Если только ты наврал!... Чтобы не работать! Думаю, не надо тебе напоминать, что тогда тебя ждёт? - сказала Лера.

- Умыть - не лицо, а морду. Или рыло, - Вероника огрела его тростью вдоль спины. - Запомнил, как следует говорить? А теперь идём, покажу что куда класть, и где тебе следует мыть своё рыло! - взяв его за ошейник, подхлёстывая тростью, она повела Олежку в "умывальню". Показала помещение вроде кладовки, где хранились и тазы разных размеров, и мыло, шампуни на полках. - Ставь! И - мыть морду! - госпожа потащила его к биде. - Моя б единственная была воля, мыл бы рыло в унитазе! И вытер бы половой тряпкой, а не этими бумажными полотенцами! Много чести! Только после этого трогать тебя... Тьфу! - Вероника, больно стегая Олежку, протаскивая вперёд себя и пиная коленом, притащила и вбросила его в комнату.

Лиза ещё не кончила. Вероятно "придерживала" себя, желая получить более сильный оргазм с Олежкой, а может Женька ей и поднадоела. Однако поддерживая в себе желание, продолжала небыстрыми движениями вытягивать страпон из Женькиной дырочки почти на всю длину, и, налегая на него, вталкивать вовнутрь по самое основание, а рукой потискивать, слегка сжимая, её лобок и клитор.

Лиза повернула голову на шум у дверей.

- Где тебя собаки носят столько времени? Сказано было - побыстрей! Копаешься где-то, как будто времени не существует! - крикнула она на Олежку, и сделав ещё пару мощных фрикций, отпустила уже порядком осоловевшую от оргазмов Женьку. Та быстренько отёрлась между ног брошенной на пол простынью и отошла, выжидая, какое направление примут события.

Соскочившая с дивана Лиза рывком за волосы швырнула Олежку на ещё тёплую после Женьки спальную поверхность.

- Хорошо что ты принесла с собой эту стегалку, - сказала она, беря у Вероники трость и забрасывая Олежкины ноги на диван.

Вероника тут же, хоть её и ни о чём не просили, завернула Олежке руки к затылку. Коленом левой ноги, чтобы лучше обозревать происходящее, навалилась на затылок. Женька налегла на ноги.

Коротко прожужжала трость. Олежка подпрыгнул попой. Но, крепко прижатый, имел лишь возможность слабо извиваться ею или валять из стороны в сторону. Он даже боялся как-то нечаянно высвободить сдерживаемые Вероникой руки, опасаясь заработать за это удвоенную порку.

После каждого удара от жуткой боли у него выскакивало перед глазами чёрное облачко. Широкие иссиня-чёрные, тёмно-красные и выпуклые в середине полосы правильными рядами одна за другой появлялись поперёк его многострадальных ягодиц - от копчика, и всё ниже, ниже, ниже, спускаясь к бёдрам. Вероника, взирая с диким интересом, одной рукой сдерживала Олежкины руки, прижимая их к спине между лопатками, а другой мастурбировала, готовая кончить от одного созерцания.

Заинтересованные его воплями, почти сразу после начала порки примчались Марина с Лерой. Теперь они тоже стояли около дивана, с восхищением наблюдая как Лиза со звучными щелчками опускает трость на проседающие при каждом ударе ягодицы, как орёт и корчится Олежка.

Продолжение следует...
12 751
Добавить комментарий:
Ещё рассказыГолыеТоп 10